Книга «Убежище»

корриОчень часто в жизни мы слышим о важности прощения. Но когда мы видим, как это происходит на практике в жизни другого человека, то это оставляет незабываемый след в нашей душе. Корри тен Боом как раз является этим человеком, который показал, что значит прощать на деле, а не на слове. Ее жизненная история стала примером подражания лично для меня. Очень часто я думаю, что прощая кого-то за жестокие слова или дела, я совершаю какое-то великое дело. Но когда я смотрю на жизнь Корри, то понимаю, что она простила намного больше, чем прощаю я. Смотря на жизнь Корри, ты невольно начинаешь понимать, что прощение возможно в моей жизни, но оно возможно только с помощью Бога.

Описание книги

Корри Тен Бум была самой обыкновенной женщиной. Она жила в Нидерландах и работала часовщицей, даже не догадываясь, что в недалеком будущем ей суждено превратиться в героиню движения Сопротивления, выжить в гитлеровском лагере, а впоследствии стать выдающейся евангелисткой ХХ-го века. Во время Второй Мировой войны вся семья Корри рисковала жизнью, помогая евреям и подпольщиками из движения Сопротивления избежать ареста. За это им пришлось претерпеть ужасные испытания в нацистских лагерях смерти. Из всей семьи удалось выжить только Корри. На страницах «Убежища» — захватывающая драматическая история о том, как Корри и ее близкие спасали жизни многих Божьих детей. Благодаря этой книге на протяжении тридцати пяти лет миллионы читателей из разных стран могли открывать для себя простую истину: нет в мире пропасти настолько глубоко, чтобы ее не способна была преодолеть Божья любовь.

Отрывок из книги который мне запомнился

Этот случай произошел в 1947 году. Корри приехала из Голландии, чтобы выступить в церкви в Мюнхене с посланием о Божьем прощении. Когда в конце собрания люди начали вставать и выходить из зала, человек в серой шинели, вышел вперед, чтобы поговорить с Корри. Она узнала его… «Человек, пробиравшийся вперед, был охранником из Равенсбрука – одним из наиболее жестоких».

Корри вспоминает: «Вот, он стоял передо мной, протягивая мне руку: «Прекрасное послание, фрейлен! Как приятно осознавать, что, как вы говорите, все наши грехи – во глубине морской!»

И я, так бойко только что рассказывавшая о прощении, теребила в руках свою записную книжку, вместо того чтобы пожать ему руку. Он, конечно же, меня не помнит… но я вспомнила и его, и кожаную рукоять кнута, висевшую у него на ремне. Я оказалась лицом к лицу с одним из моих мучителей, и казалось, что кровь застыла у меня в жилах. «С тех пор», — продолжал он, — «я стал христианином. Я знаю, что Бог простил меня за все жестокости, но я хотел бы услышать это и от вас, из ваших уст, фрейлен», — и он вновь протянул руку, — «простите ли вы меня?»

И я стояла там – я, чьи грехи были прощены много раз – и не могла простить. Бетси умерла в том месте – может ли он стереть память о ее медленной ужасной смерти, просто попросив прощения?

Должно быть, он стоял там всего несколько секунд – с протянутой рукой – но мне эти секунды показались часами, в которые мне пришлось бороться, чтобы сделать самое трудное. Я должна была сделать это – я знала. Послание о Божьем прощении начинается с условия: мы должны сначала простить тех, кто причинил нам зло. «Если вы не простите людям согрешений их, — сказал Иисус, — то и Отец Небесный не простит вам согрешений ваших».

Я все стояла неподвижно, холод сжимал мое сердце. Но прощение – это не эмоция, — это я тоже знала. Прощение – это решение нашей воли, а воля может действовать независимо от температуры сердца. «Иисус, помоги мне! – помолилась я про себя. –Я могу протянуть свою руку. Я могу только это. Ты дай мне чувство».

И так тупо, машинально я протянула свою руку навстречу его руке. И когда я это сделала, произошло нечто невероятное. Как будто электрический ток прошел из моего плеча по руке и ударил в наше рукопожатие. И потом это исцеляющее тепло, казалось, затопило все мое существо, наполняя глаза слезами. «Я прощаю тебя, брат! – рыдала я. – От всего сердца».

Долгое мгновение мы держали руки друг друга, бывший надсмотрщик и бывшая заключенная. Я никогда не переживала Божьей любви так сильно, как в тот момент. Я поняла, что это была не моя любовь. Я пыталась, но не находила сил. Но это была сила Святого Духа.

 

 

Источник:

http://www.kniga.org.ua/

Книга «Ночь»

nightКнига “Ночь”, автором которой является Ель Визель — самая продаваемая и самая известная книга воспоминаний о Холокосте. Это не христианская книга, из которой я почерпнул для себя много нового и интересного. Почему я выбрал именно эту книгу? Я считаю, что одним из самых ужасных событий в истории человечества был Холокост. Во время Холокоста была проявлена греховная сущность человечества, проявилось насколько люди могут быть жестоки по отношению друг ко другу. Но меня также удивляют люди, которые прошли через этот ужас и остались живы. Как это им удалось? И где они находили силу?

Другая причина почему меня заинтересовала эта книга заключается в том, что в этой книге упоминается о людях, которые потеряли веру в Бога, испытав на себе всю жестокость лагерей. Мне было интересно узнать, почему эти люди теряли веру и как это происходило в их жизни. В общем книга мне понравилась, хотя она очень тяжёлая и не для всех.

Какой урок я взял для себя? Когда человек проходит через очень тяжёлые обстоятельства в своей жизни, он может ожесточиться и отвернуться от Бога или он может повернуться к Богу, довериться Ему и проходить трудности, надеясь на Него.

Описание книги

«Ночь» — самая продаваемая и самая известная книга воспоминаний о Холокосте. Только в США, где живет писатель, к концу минувшего года было продано свыше шести миллионов ее экземпляров. Это история депортации 15-летнего Эли Визеля и его семьи осенью 1944 года из румынского городка Сигата в Освенцим. Это история о жизни и смерти в лагере.

Отрывок из книги который мне запомнился

“Мой лоб покрылся холодным потом, но я сказал ему, что не верю, будто в наше время сжигают людей, — человечество ни за что бы этого не допустило…

— Человечество? Человечество нами не интересуется. Сегодня всё позволено. Всё возможно, даже печи крематориев…

— Его голос прервался.

— Папа, — сказал я, — если это так, я не хочу больше ждать. Я брошусь на колючую проволоку под током. Это лучше, чем медленная смерть в огне. Он не ответил. Он плакал. Его тело сотрясала дрожь. Плакали все вокруг. Кто-то начал читать Каддиш — молитву по умершим. Я не знаю, случалось ли прежде в истории еврейского народа, чтобы живые читали заупокойные молитвы по самим себе.

— Йитгаддал вейиткаддаш шмей рабба… — Да возвеличится и освятится Его Имя… — шептал отец. Впервые я почувствовал, что во мне закипает протест. Почему я должен освящать и возвеличивать Его Имя? Вечный, Царь Вселенной, Всемогущий и Страшный молчит, за что же мне Его благодарить? Мы продолжали идти. Постепенно мы приблизились ко рву, откуда исходил адский жар. Оставалось еще двадцать шагов. Если я решил покончить с собой, то было самое время. Нашей колонне оставалось сделать еще каких-нибудь пятнадцать шагов. Я кусал губы, чтобы отец не услышал, как у меня стучат зубы. Еще десять шагов. Восемь. Семь. Мы шли медленно, словно следуя за катафалком на собственных похоронах. Еще четыре шага. Три. Теперь он был совсем рядом, этот ров, полыхающий огнем. Я собрал остатки сил, чтобы вырваться из колонны и броситься на колючую проволоку. В глубине души я прощался с отцом, со всем миром, и сами собой сложились слова, и губы прошептали: «Йитгаддал вейиткаддаш шмей рабба… Да освятится и возвеличится Его Имя…”.

Источник:

http://royallib.com/book/vizel_eli/noch.html